Современный мир переживает бурный рост цифровизации, который затрагивает и сферу психологической помощи. Появился целый ряд чат-ботов, готовых консультировать людей. На факультете психологии Томского государственного университета провели сравнительный анализ «ИИ-психологов». Результат показал, что при многих плюсах, например, доступности такого вида помощи, у чат-ботов есть ряд ограничений и рисков. В особенности, когда за виртуальной помощью обращаются пользователи, находящиеся в остром кризисе.
– Спрос на оперативную и доступную поддержку заметно вырос: в 2024 году россияне стали на четверть чаще обращаться к психологам и психотерапевтам по сравнению с 2023 годом,– говорит автор исследования, выпускница ТГУ по направлению подготовки «Клиническая психология» Дарья Романчева. – По данным ВОЗ примерно каждый седьмой человек в мире сталкивается с психическими расстройствами и часто не получает адекватной помощи. На этом фоне цифровые инструменты – от мобильных приложений до чат‑ботов – выглядят привлекательным решением проблемы дефицита специалистов и сложностей доступа.
Вместе с тем существует вероятность, что их неправильное функционирование может привести к серьезным последствиям для пользователей, находящихся в состоянии стресса или кризиса. Чтобы оценить, насколько профессионально ИИ подходит к консультированию, был проведен сравнительный анализ работы четырех чат-ботов: «Ася», «Лея», «Бот-психолог Zigmund.GPT» и приложение «iCognito» («Анти-депрессия»). Запрос от «пациента» сформулировали сотрудники Психологической службой ТГУ: пациент-мужчина жаловался на проблемы с ощущением реальности, почти полное отсутствие чувств и другие подобные симптомы.
Анализ того, как ИИ проводит диагностику и какие рекомендации дает пользователю, позволил ученым выявить сильные и слабые стороны каждого из чат-ботов и приложения. Например, отмечалось, что бот № 1 демонстрирует высокий уровень эмпатии, отличные навыки сбора анамнеза, ведения диалога и психообразования. Он способен создать безопасную и поддерживающую атмосферу, что крайне важно для пользователя в дистрессе.
Однако выявлен критически важный недостаток в области безопасности и этики: бот не выполняет функцию перенаправления к специалисту в ситуации, явно требующей профессионального вмешательства. Он переходит от обсуждения серьезных симптомов к техникам самопомощи, не расставив четких границ своей компетенции внутри диалога. Это создает иллюзию достаточного объема психологической помощи, что потенциально опасно для пользователя с хроническим состоянием.
Бот № 2 корректно идентифицирует описанные симптомы (дереализация/деперсонализация), которые могут быть связаны с тревожными или посттравматическими расстройствами. Однако он не проводит активного скрининга на суицидальные мысли или острое кризисное состояние. Его реакция на потенциальный кризис ограничивается мягкой рекомендацией обратиться к врачу, если «ощущения будут продолжаться или усиливаться».
– У двух других инструментов также выявлены сильные и слабые стороны, – добавляет Дарья Романчева. – Важно понимать, что ответы психологических чат-ботов – это не просто тексты, а психологические интервенции – инструменты, с помощью которых психолог воздействует на эмоциональное состояние или поведение человека. Соответственно, они могут влиять на безопасность пользователя.
Развитие искусственного интеллекта в сфере психологического здоровья находится в точке острого противоречия между технологическими возможностями, спросом и этико-правовой неопределенностью, подчеркивает Дарья.
С одной стороны, ИИ расширяет доступ к помощи для пользователей, с другой – несет серьезные риски, связанные с предвзятостью алгоритмов, отсутствием клинического контроля в инструментах, имитирующих работу живого психотерапевта.
Как отмечается в исследовании, машинам можно отдавать часть работы. Технологии ИИ уже применяются для скрининга симптомов, мониторинга настроения и предоставления развивающих практик, например, упражнений для релаксации или когнитивно‑поведенческих техник. Чат‑боты способны выступать в роли «первой линии» поддержки, предлагая пользователю быстрые подсказки и перенаправляя к ресурсам, когда это необходимо. Но они не заменяют живого общения с психологом и пока могут применяться только как вспомогательный инструмент.
Исследовательская работа выполнена под научным руководством кандидата психологических наук, доцента кафедры генетической и клинической психологии, заместителя декана по научной работе ФП ТГУ Инны Атамановой.